По дороге к высокой башне. Часть третья [СИ] - Олег Юрьевич Будилов

— Все нормально, — оборвал я его, — это мой племянник.

Купец выдохнул и заискивающе улыбнулся. Дворяне могли вспылить из-за малейшего пустяка и, хотя богатому и влиятельному торговцу не приходилось опасаться за свою жизнь, но лавка или товар могли пострадать.

— Если молодой господин позволит, я мог бы осмотреть его меч и подобрать похожий. У меня, как раз есть несколько очень хороших клинков, которые подойдут ему по росту.

Я видел, что слова купца задели Бибона. Принц все еще носил свой детский меч, который давно стал ему маловат. Мальчишка так вымахал за последний год, что мог бы прицепить к поясу настоящий взрослый клинок.

— Нет, спасибо, — быстро ответил я, — в другой раз.

Конечно, купцу было жалко отпускать нас с деньгами. Уверен, если бы Бибон был один, торговец нашел способ всучить ему паршивый клинок втридорога.

Купец вздохнул и с сожалением проводил нас взглядом.

Выйдя из лавки, я потащил Бибона в сторону Суры.

— Уходим. Быстро.

— Куда ты так спешишь, — возмутился принц, — почему я не могу показать торговцу меч? Может быть, он действительно предложил бы мне что-нибудь стоящее.

— Придем в лагерь, возьмешь любой клинок из тех, что мы подобрали в «Лесу мертвецов».

— Ржавое барахло, — обиделся мальчишка, — если тебе жалко тратить на меня деньги так и скажи. Мы могли бы просто посмотреть. Покупать было не обязательно.

Я остановился прямо посреди улицы и Бибон со всего маха налетел на меня.

— На твоем мече клеймо королевского дома, — прошипел я, склонившись к самому уху принца, — можно было не показывать клинок, а просто сказать купцу кто ты такой.

Бибон вскинул на меня испуганный взгляд.

— Прости. Я не сообразил.

— Вот так-то, — проворчал я, — в следующий раз будь внимательней.

— Хорошо, дядюшка, — съехидничал принц.

Мастер огня починил только один магический жезл из тех, что мы подобрали в «лесу мертвецов». Оставшиеся два он согласился взять в счет оплаты порошка.

— Говорит, что стрелять из них опасно, — пояснил Пошун, вернувшись из города, — а ему детали пригодятся.

— Не беда, — ответил я, — меня беспокоило, что у вас с Рамином нет жезлов. Теперь их хватает на всех.

Конечно, я имел в виду только дворян. Обучать простолюдинов искусству магии я не собирался. Мечи и магические артефакты были обязательным атрибутом благородного человека. В раннем возрасте воины получали дорогое оружие и не расставались с ним до самой смерти. Без него они чувствовали себя уязвимыми.

— Мне магия без надобности, — улыбнулся старик.

— Почему? — удивился я.

— Я плохо вижу вдаль, — пояснил воин, — меч надежнее.

Вернувшись из похода в проклятый лес, Пошун подобрал себе меч, сам его отчистил, наточил и направил. Он разбирался в оружии лучше всех, и я был уверен, что при выборе клинка он не прогадал. Судя по клеймам на лезвии многие найденные нами мечи принадлежали столичной знати, а значит, были выкованы лучшими мастерами страны.

— Как скажешь, — в свою очередь улыбнулся я.

Мне не впервой было сталкиваться с дворянами, которые не любили пользоваться магией. Покойный Тагон всегда с уважением отзывался о таких людях и считал их настоящими воинами.

После того, как наша стоянка стала напоминать настоящий военный лагерь, пришло время задуматься о подготовке наемников. Сначала я сам собирался заняться этим важным делом, но потом понял, что на подобные глупости у меня совершенно нет времени. Поговорив со мной, Пошун и Рамин согласились взять эти обязанности на себя. Вернувшись из «леса мертвецов» дворяне изнывали от безделья и были только рады чем-нибудь заняться. Без их помощи я бы точно не справился. Во время последнего набега орды Пошуну пришлось готовить свою дворню к участию в великой битве, поэтому он хорошо представлял с чего нужно начинать. Сначала я боялся, что простолюдины начнут отлынивать от учебы, но ненависть к Марону и стражникам оказалась так сильна, что бывшие крестьяне с радостью взялись за дело. Вспоминая жалкое имущество, которое у них отобрали за недоимки, плачь жен и детей, и зуботычины, полученные от дворянских слуг, они махали кинжалами с таким остервенением, что казалось, поставь их сейчас против черных гвардейцев Марона, и они в одно мгновение выиграют кровавую битву.

С каждым днем подготовка солдат становилась все лучше. Люди никогда прежде не бравшие в руки оружие менялись прямо на глазах.

— Тебе совсем необязательно повторять за мной сложные приемы, — поучал Пошун очередного крестьянина, — сейчас я тебя ударю, а ты попробуешь защититься.

Старик сделал выпад, целясь деревянной палкой в живот незадачливому вояке. Уклоняясь от удара, парень отпрыгнул назад, изогнувшись дугой, и палка только едва царапнула его.

— Вот видишь, — Пошун усмехнулся, — твое тело само знает, как защититься. Каждый из нас с молоком матери впитал в себя знания о том, как можно обезопасить себя в бою. Нам мешает страх. Перестань трястись и доверься своему телу.

Вооружив простолюдинов палками, старик учил их наносить и отражать удары. Многие жаловались на ушибы и ссадины, но я не обращал на нытье никакого внимания. Принимая людей в отряд, я сразу предупредил, что будет трудно. Если кто-нибудь захочет уйти я удерживать не стану. Самым ответственным и ловким уже выдали настоящее оружие. Теперь с ними по очереди занимался Рамин. Он учил их наносить удары, тренируясь на молодых березках.

— Что ты делаешь, недотепа, — ругал он очередного ученика, — будешь так бить, только затупишь лезвие.

Рамин отобрал у неумехи кинжал и одним ловким ударом срубил тонкую вершинку.

— Вот, как надо, — говорил он, медленно повторяя движение.

Наблюдая за тренировками, я радовался успехам новичков. Идея гонять прибившихся ко мне бедняков до седьмого пота оказалась правильной. Прошло совсем немного времени, а они уже могли сравниться с молодыми стражниками — первогодками. И все-таки для захвата королевского дворца нас было еще слишком мало. В прошлый раз вместе со мной на штурм пошли около трех десятков хорошо вооруженных дворян и то нам не помогли ни крепкие доспехи, ни новые мечи. Много ли я навоюю с плохо обученными крестьянами? Я прекрасно понимал, что мне позарез нужны настоящие воины, но взять их было негде. Наверно мне следовало опять попросить богов о помощи, но пока я собирался это сделать, они сами решили обратить свой взор на неразумного человека.

— Там к тебе дворяне пришли, — сказал Холин, пристраивая в углу корзинку с яйцами принесенную сердобольной прихожанкой.

Теперь никаких запасов в святилище мы не хранили, а все съестное складывали у двери, чтобы при первой же возможности переправить в лагерь. Мой друг как раз готовил